Наши телефоны:

НАШИ АДРЕС:
  • м. Новокузнецкая,
    ул. Пятницкая, д. 10, стр. 1

Правовой режим имущества, приобретенного в период брака участником ипотечной системы

Одним из проблемных вопросов, возникающих при расторжении военнослужащим брака и разделе имущества супругов, является определение правового режима имущества, приобретенного им как участником накопительно-ипотечной системы жилищного обеспечения военнослужащих (далее - НИС). Этот вопрос уже поднимался некоторыми специалистами, но в своих работах они либо ограничивались освещением содержания отдельных судебных актов, не проводя при этом их критического анализа, либо выстраивали рассуждения относительно проблемы без их подкрепления убедительной аргументацией.

Перед тем как приступить к исследованию, сделаем оговорку: в настоящей статье не будут разбираться случаи, когда для приобретения имущества военнослужащим привлекаются не только средства, предоставленные ему в рамках НИС, но и иные средства (собственные сбережения, средства материнского капитала и пр.).

Если имущество было приобретено участником НИС до вступления в брак, то оно принадлежит только ему. Он же является единственным должником перед Российской Федерацией (кредитором по договору целевого жилищного займа. - Прим. авт.), а также банком или иным заемщиком в случае получения от них заемных средств в рамках НИС (п. 2 ч. 1 ст. 14 Федерального закона "О накопительно-ипотечной системе жилищного обеспечения военнослужащих" от 20 августа 2004 г. N 117-ФЗ (далее - Закон о НИС)). Это следует из п. 1 ст. 36 Семейного кодекса Российской Федерации (далее - СК РФ). По этой причине названные кредиторы могут обратить взыскание только на имущество участника НИС (п. 1 ст. 45 СК РФ). Исключением является ситуация, когда суд установит, что все полученное участником НИС по обязательствам было использовано на нужды семьи. В том случае взыскание обращается на общее имущество супругов (п. 2 ст. 45 СК РФ).

Что касается правового режима имущества, приобретенного участником НИС в период брака, то в судебной практике было выработано три подхода.

Первый подход основан на применении судами нормы, закрепленной в п. 2 ст. 34 СК РФ. В соответствии с ней к имуществу, нажитому супругами во время брака (общему имуществу супругов), относятся полученные каждым из супругов денежные выплаты, не имеющие специального целевого назначения. Из чего следует вывод, что денежные выплаты, имеющие специальное целевое назначение, не признаются имуществом, нажитым супругами во время брака, и, как следствие, не являются совместной собственностью супругов (п. 2 ст. 34 СК РФ). Что касается имущества, приобретенного с использованием таких денежных выплат, то оно также не находится в общей совместной собственности супругов. Приобретение имущества хотя и во время брака, но на личные средства одного из супругов не влечет возникновения общей совместной собственности. Это имущество принадлежит на праве собственности тому супругу, на чьи средства оно было приобретено. Именно к такому выводу можно прийти в результате анализа абз. 4 п. 15 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации "О применении судами законодательства при рассмотрении дел о расторжении брака" от 5 ноября 1998 г. N 15.

Ключевым аргументом, положенным в основу первого подхода, является отнесение денежных средств, выделенных участнику НИС на приобретение жилых помещений, к денежным выплатам, имеющим специальное целевое назначение. Несмотря на то что ни в Законе о НИС, ни в п. 2 ст. 34 СК РФ об этом прямо не сказано, суды приводят в поддержку своей позиции следующие доводы.

Во-первых, в п. 2 ст. 34 СК РФ закреплен открытый, а не закрытый перечень денежных выплат, имеющих специальное целевое назначение.

Во-вторых, выделение участнику НИС денежных средств носит целевой характер. Денежные средства выделяются для жилищного обеспечения военнослужащих (ст. 1 Закона о НИС).

В-третьих, получение целевого жилищного займа и погашаемого с его помощью кредита (займа) не предполагает какого-либо участия супруги военнослужащего - участника НИС в заключении соответствующих договоров, а также в исполнении возникших из них заемных обязательств.

Основу второго подхода составляет признание сделки по приобретению жилого помещения безвозмездной для участника НИС. Это является основанием применения нормы, закрепленной в п. 1 ст. 36 СК РФ, и отнесения имущества, приобретенного в рамках НИС, к единоличной собственности военнослужащего.

Третий подход базируется на отрицании первых двух подходов и применении положений п. 1 ст. 34 СК РФ, согласно которым имущество, нажитое супругами во время брака, является их совместной собственностью.
Позиция о признании жилого помещения, приобретенного в период брака военнослужащим как участником НИС, совместно нажитым имуществом супругов была занята осенью 2015 г. Судебной коллегией по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации при рассмотрении в порядке кассационного производства жалобы гражданки Н.Е. Пидан. В качестве одного из аргументов, отвергающих вывод нижестоящего суда о безвозмездности сделки по приобретению участником НИС жилого помещения, было указано, что при досрочном увольнении с военной службы участник НИС погашает свои заемные обязательства в полном объеме за счет собственных средств. Как следовало из материалов дела, после увольнения участника НИС с военной службы заемные обязательства погашались за счет денежных средств, относящихся к общему совместному имуществу супругов. При этом денежные средства, предоставленные участнику НИС по договору целевого жилищного займа до досрочного увольнения с военной службы, также подлежали возврату. По-видимому, по этой причине Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации оставила без внимания довод нижестоящих судов о специальном правовом статусе квартиры, связанном с ее приобретением военнослужащим в рамках НИС.

Обратим внимание на то, что отнесение жилого помещения, приобретенного участником НИС, к его индивидуальной собственности предполагает признание долга участника НИС по договору целевого жилищного займа и кредитному договору его личным долгом. С учетом ориентирующего значения определения Верховного Суда Российской Федерации для нижестоящих судов при рассмотрении схожих дел, на наш взгляд, в нем следовало бы обратить внимание на ответственность супругов по обязательствам в рамках НИС и привести убедительные доводы относительно недопустимости применения первого из рассмотренных нами подходов. Коллегия же ограничилась лишь констатацией того, что после увольнения участника НИС с военной службы заемные обязательства погашались им за счет общих денежных средств супругов.

В ноябре 2015 г. Судебная коллегия по делам военнослужащих Верховного Суда Российской Федерации также признала квартиру, приобретенную участницей НИС в период брака, совместной собственностью супругов. Это послужило основанием для отказа в удовлетворении заявления ее супруга о признании его как военнослужащего нуждающимся в жилом помещении исходя из обеспеченности его жильем за счет государства по установленным нормам. В обоснование своей позиции Судебная коллегия указала, что квартира приобретена супругой заявителя в собственность во время брака по договору купли-продажи, т.е. по возмездной сделке. Отвергнув тем самым возможность применения второго из рассмотренных нами подходов, коллегия не привела аргументов против использования первого подхода, базирующегося на признании выделяемых участнику НИС денежных средств выплатами, имеющими специальное целевое назначение. Аналогичным образом Судебная коллегия по делам военнослужащих Верховного Суда Российской Федерации поступила и при вынесении определения по другому делу в 2016 г.

В январе 2017 г. Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации также пришла к выводу, что приобретенная сторонами в период брака квартира за счет участия одного из супругов в НИС является их совместной собственностью. По мнению Судебной коллегии, приобретение военнослужащим жилья за счет участия в НИС является одной из форм его жилищного обеспечения, реализуемого за счет средств федерального бюджета, а факт исполнения обязательства участника НИС по кредитному договору уполномоченным федеральным органом исполнительной власти - Министерством обороны Российской Федерации в соответствии с заключенным договором целевого жилищного займа не является основанием для отнесения спорной квартиры к личному имуществу ответчика. Подробного опровержения аргументов сторонников первого из вышеперечисленных подходов приведено не было.

Интересно заметить, что одним из участников НИС была даже предпринята попытка оспорить конституционность положений п. 1 ст. 256 Гражданского кодекса Российской Федерации и п. 1 ст. 34 СК РФ. Он считал, что эти законоположения в той мере, в какой по смыслу, придаваемому правоприменительной практикой, они допускают возможность отнесения жилого помещения, приобретенного с использованием средств целевого жилищного займа, предоставленного военнослужащему на основании Закона о НИС, к общему имуществу супругов, противоречат ст. ст. 7, 15 (ч. 1), 17 (ч. 3), ст. ст. 18, 19, 35 и 40 (ч. 1) Конституции Российской Федерации. Однако Конституционный Суд Российской Федерации вполне обоснованно сослался на ст. 125 Конституции Российской Федерации и ст. 3 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации", указав, что к его компетенции не относится проверка правомерности вывода суда общей юрисдикции об отнесении спорного жилого помещения к общей совместной собственности супругов, поскольку она связана с установлением и исследованием фактических обстоятельств дела.

Возвращаясь к оценке рассматриваемых нами подходов, отметим, что, на наш взгляд, выводы судебных коллегий Верховного Суда Российской Федерации слабо аргументированы. Их уязвимость связана с уклонением судей от обсуждения вопроса о возможности признания денежных средств, выделенных военнослужащему как участнику НИС, денежными выплатами, имеющими специальное целевое назначение.

Конечно, основную сложность при оценке первого подхода и формулировании выводов из положений п. 2 ст. 34 СК РФ создает абстрактность используемого законодателем понятия "денежные выплаты, не имеющие специального целевого назначения". Недостаточная ясность его содержания не позволяет очертить круг денежных выплат, имеющих специальное целевое назначение и не относящихся к общей собственности супругов. Не способствует решению указанной задачи и анализ перечисленных в п. 2 ст. 34 СК РФ видов выплат (суммы материальной помощи, суммы, выплаченные в возмещение ущерба в связи с утратой трудоспособности вследствие увечья либо иного повреждения здоровья, и др. - Прим. авт.).

Во-первых, законодатель неудачно сформулировал п. 2 ст. 34 СК РФ. В результате, как справедливо отмечает А.В. Слепакова, непонятно, то ли перечисленные в скобках выплаты являются "примерами выплат, не имеющих специального целевого назначения, то ли, наоборот, они приведены в качестве примера выплат, таковое назначение имеющих".

Во-вторых, вывод, сделанный на основе оценки частных случаев - перечисленных в п. 2 ст. 34 СК РФ видов выплат, может не охватывать весь набор таких случаев. Как следствие, применение индукции как метода рассуждения не дает возможности достичь качественного результата и вывести характерные черты денежных выплат - единоличной собственности одного из супругов.

При оценке первого из указанных нами в начале статьи подходов следует использовать дедукцию. Дедуктивное умозаключение предполагает, что в конкретной ситуации обнаруживаются конкретные черты и особенности, позволяющие применить норму права и считать, что именно к этой ситуации подлежит применению конкретная норма.

Большей посылкой в дедуктивном умозаключении является норма права. В нашем случае это правовая норма, закрепленная в ст. 34 СК РФ. Выявляя смысл правила п. 2 ст. 34 СК РФ, следует применять буквальное толкование его положений как приоритетный вид интерпретации. Денежные выплаты, не относящиеся к имуществу, нажитому супругами во время брака (общему имуществу супругов), должны иметь, во-первых, специальное и, во-вторых, целевое назначение.

Меньшей посылкой являются фактические обстоятельства конкретной ситуации - приобретение военнослужащим имущества за счет денежных средств, выделенных ему в рамках НИС.

Денежные средства, выделенные в форме целевого жилищного займа военнослужащему как участнику НИС, имеют целевое назначение (п. 2 ч. 1 ст. 11, ч. 1 ст. 14 Закона о НИС). Что касается накоплений для жилищного обеспечения и дополняющих их денежных средств (п. п. 1 и 3 ч. 1 ст. 4 Закона о НИС), то их использование после возникновения соответствующего права может осуществляться в любых целях. На это указывает закрепленный в Законе о НИС (п. 1 ч. 1 ст. 11) открытый перечень целей использования этих средств. Таким образом, накопления для жилищного обеспечения и дополняющие их денежные средства после возникновения права на их использование (ст. 10 Закона о НИС) нельзя отнести к денежным выплатам, имеющим специальное целевое назначение.

Наибольшие затруднения вызывает характеристика специального назначения денежных выплат, указанных в п. 2 ст. 34 СК РФ. Представляется, что специальное назначение денежных выплат говорит о тесной связи с их адресатом, их персональном характере. Согласно ч. 1 ст. 14 Закона о НИС целевой жилищный заем предоставляется только участникам НИС, что свидетельствует о специальном назначении предоставляемых по такому займу средств.

Таким образом, считаем возможным сделать вывод о необходимости признания имущества, приобретенного участником НИС за счет средств предоставленного ему целевого жилищного займа, его индивидуальной собственностью. Указанные средства имеют специальное целевое назначение.

В завершение нашего исследования подчеркнем негативные последствия признания в судебной практике имущества, приобретенного участником НИС во время брака за счет средств целевого жилищного займа, общей совместной собственностью супругов. В частности, это отрицательно отразится на положении залогодержателей. При расторжении брака общее имущество, как правило, делится, а общие долги супругов распределяются между ними пропорционально присужденным им долям (п. 3 ст. 39 СК РФ). По нашему мнению, в результате этого снижается обеспеченность заемных обязательств, особенно если выделение в натуре доли в общем имуществе невозможно. Ведь в большинстве случаев суммарная стоимость долей в заложенном жилом помещении меньше стоимости жилого помещения как единого объекта.

Кроме того, при заключении договора целевого жилищного займа и кредитного договора кредиторы не оценивают платежеспособность супруга (супруги) участника НИС. Как следствие, возникает риск невозврата долга по заемным обязательствам при расторжении брака.

Законодательство не дает ответа на вопрос о наличии или отсутствии у бывшего(-ей) супруга (супруги) участника НИС обязанности вернуть суммы, выплаченные по договору целевого жилищного займа уполномоченным федеральным органом до расторжения брака.

Если на супруга такая обязанность возлагается, то встают вопросы о порядке возврата указанных сумм и их дальнейшей судьбе. Подлежат ли возвращенные суммы начислению на именной накопительный счет участника НИС?

В случае отсутствия обязанности бывшего супруга участника НИС по возврату вышеуказанных сумм необходимо рассмотреть ситуацию, когда участника НИС досрочно увольняют с военной службы после расторжения брака и раздела имущества и у него не возникли основания, предусмотренные п. п. 1, 2 и 4 ст. 10 Закона о НИС. Освобождается ли бывший супруг от названной обязанности и в этом случае?

Признание имущества, приобретенного участником НИС во время брака, находящимся в общей совместной собственности супругов, а долгов по заемным обязательствам, возникшим в рамках НИС, - общим долгом супругов может стать препятствием при реализации участником НИС своего права на получение целевого жилищного займа. Его супруг (супруга) может отказать в предоставлении своего согласия на приобретение участником НИС недвижимого имущества или заключение договора участия в долевом строительстве. Отказ может быть вызван нежеланием супруга (супруги) участника НИС становиться содолжником в заемных обязательствах и принимать на себя риски возврата долга, например, в случае досрочного увольнения участника НИС с военной службы при отсутствии у него оснований, предусмотренных п. п. 1, 2 и 4 ст. 10 Закона о НИС.

Решения поставленных вопросов можно добиться либо посредством корректировки законодательства о НИС в части определения прав и обязанностей бывшего супруга (супруги) участника НИС как содолжника по заемным обязательствам, либо уточнением позиции Верховного Суда Российской Федерации по вопросу правового режима имущества, приобретенного участником НИС во время брака. Если данное имущество приобреталось военнослужащим за счет средств предоставленного ему в рамках НИС целевого жилищного займа, то судам следует признавать его находящимся в единоличной собственности военнослужащего.

Свининых Е.А., кандидат юридических наук, доцент.

Свининых О.Ю., кандидат юридических наук.

 


  1. Популярное
  2. Последнее
VK

Консультация юриста